«Дрон Facebook, робот-тюлень и крионика»
 / Фото: Francois Lenoir / Reuters

На конференции In The City в Санкт-Петербурге британский дизайнер Рори Хайд рассказал, каким будет техногенное будущее больших городов. Так как Хайд работает куратором отдела современной архитектуры и урбанизма в лондонском музее Виктории и Альберта, примеры он приводил из экспозиции выставки «The Future Starts Here»: от дрона Facebook и деревьев-антенн до нового офиса Apple и заказных звездопадов. МОСЛЕНТА публикует лекцию «Будущее начинается здесь» с сокращениями.

Большая выставка обо всем на свете

Добрый день. Сегодня я расскажу о выставке, которую мы проводили в этом году в Музее Виктории и Альберта. Она была посвящена дизайну, архитектуре, технологиям, городам, медицине, космосу и изменениям климата, - такая большая выставка обо всем на свете. Центральный вопрос, который мы задавали этой экспозицией, сводился к тому, можем ли мы предсказать будущее через дизайн? Можно ли, гладя на то, что мы сейчас только разрабатываем, понять, куда это приведет нас? (…)

Начнем с цитаты французского философа и урбаниста Поля Вирильо, который, к сожалению, недавно ушел от нас. Он говорил, что изобретение корабля также было изобретением кораблекрушения. Внутри каждой новой идеи, каждой новой технологии, нового продукта по определению есть и утопия, а антиутопия – положительное и негативное будущее. Они нераздельно связаны друг с другом. Мы выбираем их в паре, получаем и то и другое. И мы сами как-то находим путь к тому, чем же станут эти технологии. Сегодня, как я понимаю, у нас много кораблей. И в принципе, время от времени случаются кораблекрушения. Мы как-то смогли сделать так, чтобы технология была для нас более положительна, чем негативна. Но, тем не менее, глядя в будущее, мы должны попытаться понять: действительно ли мы можем оценить последствия тех технологий, которые создаем сегодня? Мы действительно должны понять, станут ли эти технологии тем, чем их задумали создатели, и задуматься о том, какую роль мы можем сыграть самостоятельно в том, чтобы задать формы и стандарты будущего. (…)

Тюлень-робот и ресторан на одного

Один из вопросов, которые мы перед собой ставили, создавая экспозицию: мы все связаны, но почему мы при этом так одиноки? В качестве одного из примеров мы включили в экспозицию робота-тюленя для пожилых людей. Этого робота зовут Паро, его изобрели в Японии. Он такой милый: когда вы его гладите, он откликается, посвистывает. У него пушистые ресницы. Он может с вами пообниматься, попискивая. В общем-то, он помогает людям расслабляться – особенно пожилым людям. С одной стороны, фантастическая идея. У нас, в принципе, с этой идеей пока не было проблем. Но с другой стороны, если подумать более широко о контексте этой игрушки, это страна, которая очень быстро стареет: в Японии очень большой процент пожилого населения, и некому за стариками смотреть. Также Япония – это страна, которая весьма консервативна с точки зрения иммиграции: она не открывает свои границы другим людям, иностранцам. Медбратья и сиделки из других стран не могут приехать, чтобы нянчиться с пожилыми. Японцы предпочли закрыть свое общество, но изобрести роботов, чтобы заботиться о пожилых людях, которые сидят в одиночестве. Весьма любопытное решение вопроса о том, куда мы движемся в отношении нашей связи с технологиями. У нас уже, конечно же, есть роботы, с которыми мы соприкасаемся в быту, особенно мы экспериментируем на пограничных участках общества. Эксперименты в роботизации происходят в области оказания услуг людям, которые одиноки, о которых некому позаботиться. (…)

C47fc335fa01206f91ec56f1cbcfc34309dd6dec
Фото: Eenmaal

Еще один пример из экспозиции иллюстрирует другой подход к той же проблеме. Проект называется EenMaal, что по-голландски значит «одно блюдо». Это ресторан для одного. Человек туда идет в одиночку и ест там один. Можно присесть только одному, в одиночестве. Только для одних коленок под столом есть место. Стол специально придуман для людей, которые живут в одиночестве. Треть домохозяйств в Голландии включают лишь одного человека. Я был шокирован этой статистикой: я не знал, что так много людей в Голландии живут в одиночестве. Но как-то социально неприемлемо ходить в ресторан в одиночестве, понимаете? «Кто-нибудь присоединится к вам, может быть?» – спросит вас официант. Или другие люди, за другими столами, будут смотреть на вас: «Что? Ваша девушка не пришла?» – или «ваш парень не пришел». Будут смотреть сочувствующими глазами в вашу сторону. То есть, видите, это такая оборотная сторона того, что мы видели, разбирая пример робота-тюленя. Дома вы можете быть одним. Но вместо того, чтобы есть ужин из микроволновки, вы можете отправиться в такой ресторан. Вы можете хотя бы как-то повзаимодействовать – хотя бы с официантом или с кем-то сидящим за другим столом. Я должен сказать, предполагается, что в одиночестве чаще всего живут пожилые люди. Но на самом деле это, в принципе, два решения одной и той же проблемы. С одной стороны технологическое решение, с другой стороны социальная инновация – по крайней мере, так можно сказать.

Работает ли демократия

Короткая заметка о структуре выставки. Она разделена на пять секций, в зависимости от масштаба: масштаб тела, масштаб дома – до масштаба планеты. Сейчас мы посмотрели на уровень отдельного человека, теперь смотрим на масштаб общественной сферы. Мы задали вопрос: работает ли по-прежнему демократия? У нас здесь есть два примера. Слева работа Антанаса Моккуса – кстати говоря, бывшего мэра Боготы в Колумбии. Вернее, это и есть Антанас Моккус. Он избрался на платформе провозглашения себя супергражданином. Во время предвыборной кампании он собирал мусор, очищал стены от граффити и своим примером показывал, что «такой я добропорядочный, образцовый гражданин». И он говорил: «Я просто мэр, я не решу всех проблем. Колумбия в плохом положении, и Богота не лучший город на свете: у нас много проблем, коррупции, проблем с траффиком. Я город не исправлю за вас. Делайте это сами». И он делал совершенно другие вещи: он, например, выдавал водителям красные карточки, которые они потом могут показывать друг другу, если друг друга подрезают. То есть полиция уже такая коррумпированная, что, в общем-то, это единственное, что ему остается. Он уволил всех полицейских и буквально заменил их мимами. Эти мимы помогают людям переходить дорогу, указывают на вашу машину жезлом. Пешеходный переход буквально превращался в место для перформанса. Он на самом деле суперсмешной. Я считаю, что о нем можно говорить вообще все время. На Рождество он обменивает оружие, пистолеты, на рождественские подарки. Таким образом он пытается очистить улицы от огнестрельного оружия. Мило, потому что меньше людей подстрелят таким образом, а дети получат подарки. В принципе, это такая политика с низов – ситуация, когда власть распределена среди горожан. И конкретный человек подает хороший пример, не навязывая его сверху. Это своеобразная политика снизу. Теперь Богота, кстати говоря, – это такая история городского успеха, о ней часто пишут. Там новые линии автобусов. Это просто один из городов, который сейчас на слуху, а лет двадцать назад он был вообще внизу всех списков столиц. Другой объект такой политики, - это так называемая розовая шапочка, объект протеста, созданный в открытом формате. Дизайнер придумала идею этих шапочек и опубликовала в интернете инструкцию по вязанию. Шапочка называется Pussy Power. Тысячи девушек и женщин связали эти шапочки и, после того как выбрали Дональда Трампа, промаршировали по улицам Нью-Йорка. То есть это такое общество проигравших, лузеров. Непобедившие люди хотели продемонстрировать Дональду Трампу свою оппозицию, хотели продемонстрировать, что то, как Дональд Трамп вел кампанию, неприемлемо. И каким-то образом этот объект вывел серию индивидуальных протестов женщин на уровень политического движения. Превратился во что-то, что более игнорировать было нельзя, что-то, что обладало массовой силой. Это пример того, как дизайн может использоваться для формирования политики.

Дизайн городов

Давайте выйдем на новый уровень. Посмотрим теперь на дизайн городов, на различные стратегии, которые используются для создания новых общественных пространств. Поговорим про мост в Роттердаме, это в Голландии. Желтый, пешеходный мост 400 метров в длинну создан горожанами, это краудфандинговый проект. То есть вместо того, чтобы его строило правительство, государство, власть, жители взяли, и собрали на реализацию проекта собственные деньги.

145fc9c407926e55754852e553aacdf034efe539
Фото: Zones Urbaines Sensibles

Он пересекает три разных района: один, отделенный шоссе, второй – со стороны города и третий – на другой стороне международной железнодорожной линии. Эти три района были в юрисдикции разных советов, на границе разных карт. И так как администрация этого района была не особо заинтересована в том, чтобы делать что-то хорошее другому району, жителям приходилось данные лакуны заполнять самостоятельно. Мне нравится в этом проекте, что он появился, как последствие всей этой ситуации. Это не просто мост, а скорее, городская, урбанистская платформа, способ призвать к новым инициативам, создавать связи. Кроме того, полно примеров редевелопмента: здания, оставленные и покинутые уже десятилетиями, превращают в гостиницы. Самый крутой ночной клуб в Роттердаме сейчас вырос на месте парковки. Новые идеи, инициативы приводят к появлению новых бизнесов.

Штаб-квартира Apple

Если рассмотреть работы Foster + Partners – штаб-квартиру Apple, мы увидим самую продуманную архитектуру. Что называется, гигантский iPhone. Я был на стройке, у них там совершенно невероятное стекло длиной 14 метров. При этом еще специальное оборудование, которое это стекло ставит. Прекрасный радиус, классная криватура, никаких рамок. Люди в офисах смогут спокойно смотреть на деревья и при этом им ничего не будет мешать, никакие швы. Но они даже не позволили войти журналистам внутрь. Они там работают уже год, и мы про это здание пока еще не видели ни одного обзора, ни одной статьи ни в одном журнале. Это своего рода замок – что, мне кажется, является противоположностью мосту, построенному по краудфандинг-подходу.

B52b5bba5cf19c93e13adf19f20a9f34455039b1
Фото: Noah Berger / Reuters

Моральная машина

Беспилотные транспортные средства мне нравится называть объектом философии, потому что они пока еще реально не существуют, но мы все время про них говорим. «Ты его видишь?» – «Нет». – «А он есть». То есть принимаем теории, разрабатываем теории, совершенно не понимая, реальная эта штука или нет. На выставке в Музее Виктории и Альберта мы выставляли модель концептуального беспилотного транспортного средства Volkswagen, называется Sedric. Хотел поговорить о двух достаточно разных концептуальных моделях, которые сейчас появились. Вы знаете про беспилотные транспортные средства. Одна из связанных с ними концепций достаточно популярна – это проект MIT, который называется «Моральная машина». Он как бы переформирует «проблему дрезины» – помните этический казус? Представим, что возникает какая-то поломка в машине. Какое решение она должна предпринять: отклониться от заданного пути и убить трех пассажиров, но при этом сохранить жизни трем пешеходам, или ехать прямо, убить трех пешеходов и при этом спасти жизни трех пассажиров? Вопрос невозможный, задавать его сложно. Это этический казус. Но если мы позволяем машинам принимать решение самостоятельно, то, соответственно, они должны обладать некой этикой, формой принятия решения, которое коллективно приемлемо. И сейчас работа над этим вопросом, над этой программой, открыта для участия всех желающих. Лично мне кажется, что мы выстраиваем этот казус на слишком многих предположениях. Это не очень честно по отношению к технологии. С одной стороны, у нас сейчас есть реальное применение беспилотных машин в Детройте. Их используют, они очень медленные. Опять же, разработаны для пожилых людей – чтобы их забирать из дома, возить в магазин и вывозить обратно, и чтобы они катались по друзьям. Но так как эти машины очень медленные, они пока еще никого не переехали. Так что существующей машине решать этический казус не приходится. Применение беспилотных машин будет простым, если мы уберем скорость. При этом вам не приходится держать руль, и абсолютно все равно: чуть больше вы потратили времени, чуть меньше. Тогда будет формироваться другая этика.

Дрон Aquila и антенна-дерево

Я очень горжусь, что на выставке мы смогли выставить дрон Facebook, называется Aquila. Размах крыльев величиной с этот зал, как у 47-го Boeing, но три человека могут спокойно эти крылья поднять. Может летать огромное количество времени в верхних слоях атмосферы. Естественно, питается солнечной энергией. Передает интернет на Землю. Марк Цукерберг описывает это как новую форму инфраструктуры, как способ связать с интернетом оставшийся миллиард. Чтобы вся Индия, вся Африка, благодаря этим самолетам, дронам, могла выходить в интернет. Представьте, сотни, тысячи таких Aquila летают по небу и несут людям интернет. Это не научная фантастика. Facebook потратил на это пять лет. Рабочий прототип мы демонстрируем в своем музее.

Bd0a4e79a66743e9af4999f19ab6cde0a974232f
Фото: Facebook

Мне кажется, что это идеальные корабль и кораблекрушение одновременно. Один из тех объектов, который может пойти и в одном направлении, и в другом. Давайте посмотрим на плюсы, начнем с них. Интернет для всех – благо: это и образовательные преимущества, и бизнес, и доступ к здравоохранению, и связь. Это плюсы. А минусы - надо быть подписанным на Facebook, чтобы использовать это все безобразие. Вместе с Facebook приходит все то, что мы узнали про него за последние двенадцать месяцев, а именно: отравляющее влияние на демократию. Отравляющее влияние на собственные, личные ощущения. Хотели бы вы диктовать свои условия всему континенту? Я не знаю ответа, но мне кажется, обмен честный. И может быть, получится зарегулировать Facebook как-то более эффективно, чтобы плюсов было больше, чем минусов. Но если от этого всего отвязаться, технология классная. Объект, который мы выставляем рядом с дроном, производится гораздо меньшей компанией – Jalila Essaïdi. У Джалилы трое помощников, она находится в Эйндховене в Голландии. Проект называется «Антенна-дерево». Вокруг дерева оборачивается катушка, и через нее можно передавать интернет. Она смогла передать сигнал из России в Голландию. Ее мечта, чтобы таких деревьев были сотни или тысячи по всей Земле. Чтобы появился параллельный интернет, к которому каждый может подключиться и который был бы абсолютно открыт и никак не контролировался бы какими-либо корпорациями. Да, мы понимаем, что этот проект маргинальный. Крупные компании этого мира его не поддерживают. Это не так воодушевляет, как летающий дрон, несущий интернет тем, кто хочет и не хочет. Но этот подход очень простой и очень красивый. Мне кажется, он напоминает нам о том, что есть и другие альтернативы, другие варианты развития событий и будущего.

Хранилище Onkalo и странствующий голубь

Готовя часть выставки, посвященную планете, мы решили изучить вопросы изменения климата, вопросы космоса. Мы задались вопросом: должна ли планета стать проектом дизайна? Причем в любом смысле этого слова – от бессознательного дизайна, например загрязнения планеты и прочих проблем с ней, до сознательного. Должны ли мы каким-то образом пытаться сдвигать ситуацию с мертвой точки? Мы рассмотрели два варианта проектов. Один сейчас ведется в Финляндии, это хранилище для отработавших ядерных элементов под названием Onkalo. Отработавшие тепловыделяющие сборки и атомные элементы будут размещены там безопасно, как заявляется, сотни тысяч лет. Когда вы смотрите в будущее, надо смотреть и в прошлое. Десять тысяч лет тому назад мы изобрели города, сельское хозяйство. Где мы окажемся через сто тысяч лет? Это будет либо очень хорошо спроектированный, стабильный проект, либо полный хаос. И тогда это пугает. Данный проект требует некого прыжка веры, если хотите. Этот проект требует очень сильной руки на рулевом колесе нашего отношения с планетой. Мы задаемся вопросом: достаточно ли мы смелы, чтобы вернуть какие-то определенные виды животных после их исчезновения? Имеем ли мы силы, чтобы захоронить огромное количество ядерных компонентов на многие сотни тысяч лет? Есть ли в нас эти силы, власть, чтобы проделывать такое с планетой?

52fc062fad7a49de220e23b66b820a00ea8d78db
Фото: институт «Стрелка»

С другой стороны – существует проект по возрождению странствующего голубя (Ectopistes migratorius). Который, кстати, исчез как вид сто лет назад. Сейчас огромное количество усилий прикладывается к тому, чтобы его воссоздать – чтобы он вернулся в свою среду обитания в Северной Америке. Представьте себе «Парк Юрского периода», то же самое. Дело в том, что эти голуби играют в экосистеме особую роль. Они делали с деревьями что-то, что позволяло насекомым лучше развиваться. И теперь, если мы вернем этих голубей, то в экосистемах восстановятся вытесненные оттуда пчелы – такая взаимосвязь.

Звездопад по запросу

Если говорить о космическом масштабе, то мы представляли два проекта. Один из них – это Cubesat, микроспутник объемом 10 кубических сантиметров, их дешево запускать. Их проектируют, программируют и запускают детишки 10–11 лет в начальной школе в Америке. И потом используют их для своих исследований в классах школы. С другой стороны существует невероятная японская компания под названием ALE. Продукт, который они предлагают, – звездопад по запросу. У вас есть спутник, который запускается в космос, наполненный шариками. Эти шарики он выплевывает в космос, и потом они, падая на Землю, горят в атмосфере, и в результате появляется эффект падающей звезды. Для открытия Олимпийских игр, если вдруг захотите. Или на день рождения друга, если вы особо богаты, можно в полночь заказать себе падающую звезду, чтобы она приземлилась прямо над вашей вечеринкой. Это не научная фантастика, а реальная компания, во что поверить очень сложно. Мне всегда казалось, что падающая звезда – это что-то, что нами не контролируется, что-то, что производит Бог, Господь. А теперь можно взять и запустить себе падающую звезду прямо с телефона. Удивительно и ужасающе.

Крионика и «Мануал для цивилизации»

Последняя секция нашей выставки была посвящена вопросам после жизни – такой afterlife. Там мы собрали все странные проекты, которые создавались богатыми людьми, захотевшими жить вечно. «Кто хочет жить вечно?» – задаем мы такой вопрос. У нас две версии такой жизни. С одной стороны крионический набор. Крионика, если вы не знаете, выстроена вокруг очень простой идеи. Согласно ей, когда вы умрете, ваше тело, а может, и только одну голову, можно заморозить (в зависимости от того, в какое направление крионики вы верите) и разморозить в будущем, когда будет решена проблема смерти. Такой вот хакинг. Естественно, если приблизиться к реальности, все становится гораздо сложнее. Если вы вдруг подпишетесь на этот проект крионики, вам домой доставят специальный наборчик, плюс необходимо будет назначить кого-то, кто произведет над вашим телом, сразу после вашей смерти все необходимые процедуры. Эту миссию можно поручить детям или другим родственникам, лучшему другу или в конце концов соседу. Времени думать не будет, ждать не получится. Плакать тоже времени не будет, и последние слова тоже вы не скажете. Умер человек – надеваем синие перчатки, проводим инъекцию прямо в мертвое, хладное тело друга или родственника. А потом два часа вы его постепенно охлаждаете, проводя непосредственно активацию легких. В общем, нам много времени потребовалось, чтобы понять, как этот процесс работает. Работали мы с Alcor. Это ведущая компания в области крионики в Америке. Они отправили нам такой наборчик, объяснили, как устроен процесс и рассказали о процедуре. После того как процедура завершена, вы кладете своего любимого родственника или друга в железный гроб, и он замораживается. Представители компании приезжают, увозят этот гроб и кладут его в сухой лед. Посчитано, что примерно сто-двести лет отделяют нас от такого бессмертного будущего. Это реальный сервис, который сегодня предлагается любому желающему. Примерно 2 тысячи человек в мире уже подписались на эту программу. Считается, что это один из способов жить вечно. А с другой стороны мы представили более щедрый способ обрести вечную жизнь. Это – противоположность сохранению тела. Может быть, нет лучшего способа жить вечно, чем написать книгу и передать ее следующим поколениям? Передать часть вашего мозга, ваших идей дальше?

513a095c758adef0293ab9f94b470e8198ed6bcc
Фото: Long Now

Фонд Long Now – Стюарт Бренд и другие ребята – создали проект Manual for Civilization, «Мануал для цивилизации». Тысяча книг, которые будут переданы следующему поколению. Их сохраняют, оцифровывают и выкладывают в общий доступ. Они показывают, что так книги могут пережить любой вид апокалипсиса. И если вдруг нам получится восстановиться после апокалипсиса, то эти книжки нам потребуются. Это и энциклопедии, где написано, как нужно разжигать костер, строить палатку, и научно-популярная фантастика, и периодическая таблица Менделеева. Там все есть. Закончу на небольшом упражнении. Одна из вещей, которые лежат в основе всего, что мы делаем - это отношение человека к технологиям. Каково общее влияние всех этих технологий на то, как мы живем, как общаемся, любим друг друга, как строим свою мечту?

Будущее – это она

Я понимаю, что звучит это как что-то из нью-эйдж, но все эти технологии содержат в себе определенную прикрытую философию. Дело в том, что они меняют наш мозг, наш способ жизни. Давайте тогда к этому подходить эксплицитно. Давайте попытаемся понять мотивы дизайнера. Давайте попытаемся понять: а какое все-таки влияние эти разработчики и проектировщики хотят оказать на нашу жизнь? Для этого мы провели небольшой эксперимент: попросили компанию, которая проводит соцопросы, задать 100 тысячам человек в Великобритании вопрос: «К кому бы вы отправились? У нас пустой супермаркет, очередей нет. У вас выбор: либо вы тащите свою тележку к автомату, либо к кассиру-человеку». 70 процентов людей пойдет к машине, оставшиеся 30 - к кассиру. Это нормально, я сейчас никого судить не буду. Но это очень интересно, не правда ли? Это возвращает меня к предыдущему комментарию. Меня это пугает больше всего, честно говоря. Это пугает меня даже больше, чем дрон Facebook, искусственный тюлень и крионика. В этих небольших взаимодействиях, когда вы кому-то говорите: «Привет», даете деньги, берете сдачу – вы сталкиваетесь с кем-то другим, кто может вас не любить, может быть другой расы, другого цвета, с другим уровнем образования, и вам не хочется с ним общаться. Но если мы автоматизируем все эти транзакции – небольшие обмены, которые кажутся бессмысленными, незначимыми, – мы разбиваем ткань общества. Мы уничтожаем возможность связываться, производить транзакции с кем-то, кто отличается от нас. Мне кажется, что в будущем технологий это пугает больше всего, и это уже повсеместное явление. Но я не хочу заканчивать на печальной ноте. В конце нашей выставки мы попросили ее посетителей дополнить предложение: «Будущее – это...» И люди писали: «Будущее – женское», «Будущее классно», «Будущее – это мы», «Будущее – это люди», «Будущее – это солнце», «Будущее – это искусство», «Будущее – это что-то розовое», «Будущее будет тесным» и т. д. Мне больше всего понравилось: «Будущее – это она». Женщина сделала фотографию, поставив в кадр ребенка , девочку, рядом с надписями «Будущее за ней», «Будущее – это она».

По рубрике
«Самодельный урбанизм»
Урбанистика
19 марта
«Скоро начнется самая движуха»
Урбанистика
6 марта
«Символом веры становится скорость»
Урбанистика
2 марта
«Мы вполне циничны»
Урбанистика
26 февраля
Самое читаемое
«Самодельный урбанизм»
19 марта
«Ты можешь никого там не знать»
23 марта
Кеды, боги и убийцы
22 марта