«Изменить вектор развития событий, хотя бы в своем районе»
 / Изображение: пресс-служба проекта сквера "Горохово поле"

В Москве сегодня развиваются проекты новых парков, которые придумали и продвигают жители района. Все они вдохновляются примером парка «Горка», созданного городом в 2017 году на месте полулегальной парковки по обращению жителей Спасоглинищевского переулка. МОСЛЕНТА узнала у инициатора похожего проекта в Токмаковом переулке Алексея Егоркина, как создать инициативную группу и начать диалог с властью.

Объединенная охранная зона номер 205

До марта этого года территория с условным адресом «Токмаков переулок, владение 25», проходила, как автопарковка. Здесь были гаражи, которые снесли, и долгое время территория пустовала. Жители понимали, что вскоре на нее появятся претенденты, и обращались в префектуру с просьбами благоустроить эту территорию, но в ответ получали отписки. Продолжалось это около полутора лет.

А в марте стало известно, что эта территория будет отведена под программу реновации, как одна из площадок под застройку. Несмотря на то, что это объединенная охранная зона номер 205, и регламент застройки здесь подразумевает исключительно регенерацию территории, то есть восстановление исторического вида. Но исторический вид здесь – полтора-два этажа по красной линии. Планируется застройка вглубь квартала до 20 метров, в том числе и полная застройка этого малюсенького клочка земли в 24 сотки.

В таком случае вся его историческая и видовая часть была бы разрушена. Ведь в прилегающей зоне находятся два объекта культурного наследия федерального значения: храм вознесения на Гороховом поле по проекту Матвея Казакова, это XVIII век, и на расстоянии 80 метров от него – усадьба Струйских-Белавиных-Варенцовых. Это тоже памятник уникальный – типичная московская усадебная застройка, их единицы остались в Москве. Вот в этих 80 метрах сейчас пытаются согласовать строительство жилого комплекса.

Инициативная группа

Жильцы квартала были категорически против, но у нас не было сформулированной идеи, - что именно мы хотим здесь видеть. Началось все с активной деятельности женщины, которая живет напротив этой площадки. Я активно участвовал в обсуждении дел района в соцсетях, там она со мной познакомилась, и мы стали общаться. Вместе мы стали через те же соцсети информировать жителей о текущем положении дел, и с теми, кто откликался, старались лично пообщаться. Так что в нашем случае алгоритм создания активной группы шел через мониторинг соцсетей и отклик на запрос, который мы сами и формировали. По сути, начали мы вдвоем, и в процессе обросли связями, которые позволили решать задачи и вопросы, связанные с проектом.

После опросов, общения с жителями, мы пришли к выводу, что все представляют себе здесь сквер. Из числа жителей мы сформировали инициативную группу, и в марте-апреле дважды попытались зайти в совет муниципальных депутатов с просьбой нас поддержать, но не получили ее. Вместо того, чтобы включить наш вопрос в повестку дня и повести по нему голосование, нас включали в «разное». К сожалению, результаты таких обсуждений не имеют рекомендательной силы и никак нам помочь не могут. Управа прямым текстом сообщила нам, что вопрос решен, здесь будет дом, так что можете даже и не дергаться. Так мы поняли, что власть – пока лицо, не заинтересованное в нашем проекте.

Тогда мы стали искать других заинтересованных лиц. Ходили и в церковь, общались с ее настоятелем, отцом Василием, побывали в театре «Сопричастность», который находится здесь же, рядом, заходили и в бизнес-центр, и в музей русского искусства, который располагается в усадьбе Струйских. Когда мы таким образом пообщались с местными жителями, представителями бизнеса и культурных институций, то наша инициативная группа оформилась окончательно, теперь в ней 25 человек.

Теперь вопросы о том, что в каком случае мы должны делать, решаются внутри этой группы. Четко выверенного алгоритма действий и стратегического планирования у нас нет. То, чем мы занимаемся, в западной терминологии называется public affairs (общественные отношения, англ.), то есть общение с комьюнити – местными жителями, и всеми государственными структурами с целью добиться создания сквера.

В итоге удалось найти архитекторов – это Ксения Панюк и Иван Свирин, которые живут рядом, в нашем Басманном районе. Они предложили несколько эскизов проекта сквера, из которых мы выбрали один, и сейчас используем его в своей работе. Он дает представление об общем внешнем виде сквера, и что будет находиться внутри отдельных его зон, мы сейчас только прорабатываем. В конце апреля мы провели первую его презентацию на совете муниципальных депутатов. Там нас только выслушали, в повестку на голосование проект не поставили.

При этом мы не надеемся, что именно наш проект пойдет в работу, при этом очень хотелось бы, конечно, чтобы была создана и предложенная нами радиальная структура, и пергола. Нам важно, чтобы воплотился сквер, и если город в лице разработчика, проектной организации, например, предложит другой вариант, и обоснует, что он лучше, конечно, мы согласимся. Мы же не упертые, будем поддерживать любые здравые идеи.

Так что нынешний эскиз проекта – это не догма, а приглашение к обсуждению. Правда, никаких других предложений мы пока не видели и не слышали.

Из онлайна в офлайн

Начиная с апреля мы собираем подписи за сквер, на сегодняшний день у нас их порядка тысячи «живых» и у нас более 2500 электронных подписей. По домам мы пока не ходили, и, наверное, в этом было некое упущение. Сейчас мы возобновим сбор обращений и подписей. Скорее всего, сейчас будем делать ставку уже не на онлайн, а на очное общение с жителями района.

Первый такой серьезный шаг из онлайна в офлайн мы сделали летом, когда узнали, что будет проводиться выставка «Московские дворики» под эгидой департамента градостроительной политики Москвы, и всей нашей могучей кучкой приняли решение выступить со своим предложением там. Мы сделали планшеты и их выставили, провели презентацию. Приняли нас очень хорошо, получили множество позитивных откликов и даже благодарственное письмо от департамента. На этом процесс взаимодействия с властями и закончился.

Потом по СМИ прошла о нас информация: и на сайте префектуры, и на Rambler-е, и на канале «Россия-1» о проекте сквера вышел сюжет.

Соучаствующее проектирование

Уникальность нашей затеи в том, что мы занимаемся соучаствующим проектированием. Не власть спускает сверху вниз директиву и пытается согласовать ее с жителями, а сами жители объединились и пытаются сделать проект, поднимая свою инициативу наверх. Мы понимаем, что сами мы реализовать свою инициативу не сможем и ждем, что власть нас заметит и начнет с нами конструктивно сотрудничать.

После того, как прошла выставка и сюжеты о проекте вышли, нас приняли в префектуре, где до этого с нами вообще не общались. В ноябре состоялась эта встреча, на которой мы передали свой эскиз-проект, после чего получили от префектуры отклик. Нам сообщили, что возможно благоустройство этой территории, в том числе и создание сквера. В планах мы пока не стоим, но были даны рекомендации согласовывать проект в совете муниципальных депутатов, что мы сейчас и будем делать. Без этого движение дальше будет затруднено. Ждем, когда наш вопрос внесут в повестку дня и проведут по нему голосование.

Из личных бесед становится ясно, что соотношение сил сейчас 50/50. Половина депутатов за нас, остальные колеблются: они не говорят, что против, они просто уходят от ответа.

Мы делали выставку визуализаций проекта в районе, на ней присутствовал архитектор из Голландии, и я задавал ему вопрос, сколько в Европе уходит времени на реализацию такого проекта. Он ответил – два года. Понятно, что у нас это все может затянуться. Считаю, что если власть нас услышит, то реализация проекта займет года два.

Если кто-то из кандидатов на предстоящих выборах в Мосгордуму подключится к процессу и поможет, мы будем только за. Человек будет карьеру делать, а мы свой проект продвигать, - почему бы и нет. Прагматизм тут не исключен.

Решение департамента культурного наследия

Похоже, согласовать этот участок под застройку планировали уже этим летом, но теперь этот процесс стал затягиваться. Надеюсь, что благодаря нашим усилиям. В частности, департамент культурного наследия затягивает выдачу своего заключения по нашей «объединенной охранной зоне номер 205». От их решения многое будет зависеть, потому что это действительно один из уникальных уголков Москвы.

В департамент культурного наследия мы ходили летом, общались там часа полтора. Ничего конкретного в ответ мы не услышали, получили только рекомендации, в каком направлении нам двигаться, да и те – косвенные. Но у нас нет ресурсов, например, чтобы делать независимую государственную историко-культурологическую экспертизу (ГИКЭ). А по сути дела, вопрос ставится именно так: на «официальную» ГИКЭ должна быть некая «народная» ГИКЭ. И уже на основании ее можно будет судиться с департаментом культурно-исторического наследия. Но не хотелось бы вообще доходить до таких обострений.

Хочется все-таки договориться и убедить власть в том, что город должен развиваться не только жилой застройкой. Тем более, об этом в Кремле все чаще говорят: надо инфраструктуру создавать и хранить наследие, как базис, который объединяет народ. Потому что, если не сохранять памятники, исторические ансамбли, что за народ у нас будет, не помнящий ни родства, ни прошлого?

Пока достучаться до власти мы пытаемся методами больше эмоциональными. Хочется, все-таки, изменить вектор развития событий, если не на уровне страны и города, то хотя бы в своем районе. Я не планирую что-то материальное с этого получить, или сделать карьеру, куда-то избраться. Хочется, чтобы люди жили по-человечески, это основное.

По рубрике
«Просто от души захотелось накормить людей»
Город
16 января
«Я устал от мордобоя»
Город
14 января
«Даже маленькому ребенку понятно, что это идиотизм»
Город
12 января
«У меня в руках большая, грязная бандура»
Город
11 января
Самое читаемое
«У меня в руках большая, грязная бандура»
11 января
«Просто от души захотелось накормить людей»
16 января
«Даже маленькому ребенку понятно, что это идиотизм»
12 января
«Я устал от мордобоя»
14 января